Из неопубликованного…

Это из неопубликованного нигде, в целом виде, а по кусочкам я давно этот текст раздербанил. Это мне помогло, просматривал куски, отделенные от себя, забывал про них, потом вспоминал, это полезно… К сожалению… или к счастью? не знаю. Рассматривал Интернет с самого начала как вспомогательное средство- МАСТЕРСКУЮ в которой могу посмотреть на свои картинки и тексты в некотором отдалении. Использовал, но не подчинялся его требованиям. Естественно, показывая постоянно «мастерскую», а не более-менее готовые для показа вещи, рискуешь своей репутацией… Ну, пусть не читают, не смотрят многочисленные варианты, я так думал. Повторяю: Интернет не выставка и не журнал, это мастерская. Для человека, который как прозаик давно сознательно послал подальше «бумагу», не желая ни просить, ни тусоваться, и как художник, расматривал выставки как редкое и неизбежное ЗЛО, для такого типа соответственно и отношение к Интернету такое же или почти такое — нежелание в нем тусоваться, «чатиться», а только вывешивать и вывешивать варианты, рассматривая их… Отсюда и Интернет мой — комната отдельная. Естественный отказ от известности и признания… Мне важней известности — умереть, чувствуя, что я — выжатый лимон, выжал из себя всё, что мог, что во мне более-менее хорошего было.  Может, я еше успею собрать лучшее… не знаю… Пока что так живу.
……………………………………………………………
День начался неплохо, с надежды. Утром вышел как обычно, пошел по тропинке к гаражам. Вижу, через дорогу бежит белый кот с темносерым пятном на носу. Пока я не выясню, что хочу от него, ничего не получится, так мне говорят. Каждый день одно и то же: найди кота. Белого, с темносерым пятном на носу. А имя… забыл! Каждый день просыпаюсь, чувствую, — только что помнил, звал. Без имени трудно искать, не будешь ведь кис-кис, он серьезный зверь. Как же звать?.. Каждый день иду искать, а по дороге другая тема затягивает, отвлекает. Но вот ведь он! А он ли?.. Стою, думаю… Тем временем кот, не глядя на меня, убегает вкось, ныряет под синий забор, и снова нет его, ищи-свищи… Куда кот уходит, большая тайна. Других тайн у меня нет, нечего рассказать, а про кота надо. Но тема слишком велика, и оттого постоянные скачки по сторонам. Мне сказали, без кота не получится, вы ведь хотите мир изменить? Наверное, смеются, а мне не до смеха.
И сегодня, шел, остановился — дорожку переползает большой червяк. Вернее, гусеница. Я ее давно знаю, и все равно немного опасаюсь. Хотя, говорят, безобидные создания. Очень уж велика — размером с мой указательный палец. Как вижу, каждый раз сочувствием к ползущим проникаюсь. Ползет, и каждый может наступить!.. Хотя людей кругом не вижу. Где-то они рядом, слышу голоса, ворчание машин, но по дороге не попадаются. Туда, где их много, я не хожу давно. Не нужно, я постоянно в землю смотрю. Устал зырить по сторонам, прекрасного кругом мало. Разве что случайно наткнешься. Так это раз в год бывает. Но лучше не признаваться, сразу друзья и любители жизни как она есть, навалятся, зачем, мол, такой пессимизм, на земле столько интересного. Но вот почему-то под ноги приятней смотреть. К тому же, теперь обязан даже, работу получил такую.
В общем, шел — вижу, гусеница дорогу переползает. Она желтая, очень мохнатая. Я вспомнил, и раньше встречались, даже имя дал — Женевьева. Жизнь почти сплошное вспоминание. Иногда так кажется. Существует во мне, но в сокращенном виде, своего рода конспект или черновик, с самого начала в нас заложен. Или лучше сказать план: далеко от него, со своими умственными и прочими причиндалами, не прыгнешь. Не явный и не словами он выражен, просто личные свойства, способности, пристрастия, наклонности во мне с рождения заложены, в свернутом виде, ждали случая, чтобы развернуться. Откуда они?.. Для меня чистая случайность, уходит далеко вглубь времени, что об этом говорить, когда не знаешь… А дальше… тоже процесс случайный, но мелкий, поверхностный, что-то даже от меня зависит, но больше судьбы других людей и всей толпы, что окружает, наталкивает и сталкивает на общий путь. Дерево мое растет, где ветка появится?.. может сегодня, может завтра, но по-другому ответить на толчки и тычки я не умею, что-то вырастет обязательно, и это и есть моя судьба: дерево с корнями и вверх направлено, спилят его или искалечат, или подкормят… не знаю, и давно знать не хочу…
На каждый случай свой ответ, и события разворачиваются: вопрос случайный, ответ почти предрешен. Правда, какой будет вопрос, неясно, но какой должен быть ответ, понятно заранее. Но это потом так кажется. Равносильно билету на экзамене: вытягиваешь вопросы, значит, на них есть ответы, неясно только, какие… Ну, вспоминаешь что-то…
Но не будем путаться, успеем… Значит, Женевьева снова появилась. Остановился, смотрю на нее сверху вниз. С огромной для нее высоты. Ползет не спеша, меня конечно не замечает. Лучше бы ей поспешить… Похожа на моего старого пса. Если сверху смотреть. Такой же пушистый был… Помню, он стоял, ел из миски, а я смотрел на него сверху. Гусеница… — тогда подумал я. Размер значения не имеет: если рисовать, то гусеницу больше собаки можно. Пес деликатно чавкал, косил глазом на меня. Я тогда понял, не надо над душой стоять, отошел, сел, думал… Тогда не знал этой гусеницы, которая похожа на пса. Гусеницы еще в живых не было, мне говорили. Вот это и странно, в себе я одинаково вижу гусеницу и старого пса, они рядом. А мне говорят, нет пса, он еще весной умер. Не могли встретиться, мне объясняют. Вот если бы сегодня со мной бежал пес… Он бы тоже остановился, смотрел, как гусеница дорогу переползает. У собак настороженность ко всем ползущим. И у меня тоже. В этом мы с ним не отличаемся. Не отличались, да?.. Хотя у этой, ползущей, ноги есть, их даже много. Но сверху не видно, она для нас почти змея. Вот что значит вид сверху — обман зрения. И вообще, вид — обман. У гусеницы столько ног, сколько мне и не снилось. А может снилось, сны забываются. Во сне я звал кота, помню, а каким именем называл… Кот точно снился, а гусеница не успела еще, со своими ногами… Вернее, она не выбралась еще из хаоса в моей голове. Впрочем, насчет хаоса мне наверняка только кажется… Но я бы с таким количеством ног не справился. Даже в воображении своем, с тем, что вылезает на поверхность их внутренней тьмы… А как же она? Не думает о ногах. Вот-вот, а мне мысли мешают. Если бы я меньше думал, записал бы рассказик. Про гусеницу и собаку. Сегодня днем. Хотя уже ни собаки, ни гусеницы. Куда подевались?.. Ну, рассказал бы, как ползла. Все просто, пути случайно пересеклись. Куда шел? Кого-то искать, эачем, куда?.. А, белого кота. Как звать? Серое пятно у него, нашлепка на носу… Имена перебираю, в памяти не уверен… А гусеница в себе уверена была, ей на ту сторону хотелось. Вот бы мне так, чтобы совершенно убежден… Гусенице ясно, поесть захотелось. И в прохладную траву, на сырую землю, тонкая кожица не выносит солнечного света. Даже щетинки не спасают. Не щетинки, а волоски. У собаки, пса, его звали как?.. У него шерсть густая, вычесывать не давался, возражал… Зато потом ему легче становилось.
А у гусеницы с шерстинками полный порядок.
Взял небольшую палочку, подставил ей. Она не спеша влезла на препятствие. Все-таки, доверяет. Обрадовался, отправил ее — быстро, решительно — туда, куда хотела. Откуда знаю? Сам почувствовал кожей, сильные лучи! Может, она удивилась, но виду не подала. И тут же дальше. Смотри, и теперь знает, куда ползти! А я бы думал, где я, куда попал… Сказал бы, чудо?.. Не дождетесь. Решил бы, что на краткий миг сознание потерял. Очнулся, и уже в другом месте. Никогда бы не поверил, что кто-то палочку подставил! Каждый раз… правда, таких случаев раз-два в жизни, и обчелся, обязательно причину найти хотел. Это вера в причины, а как же… каждый раз причина есть. Или не обязательно? А гусеница? Понимает, что я ей добра хотел? Причинение добра не возбраняется, вроде бы… Обычно от других одно зло, я с этим борюсь, как могу. Жаль, что те двое не понимают. А может притворяются? Что, все-таки им нужно? Это новые соседи, работаю у них, можно сказать. Но них потом, по порядку, пока что я с гусеницей разговариваю. Незачем спешить с ними, они со мной не спешат. А гусенице надо было торопиться, асфальт ножки обжигает. Обжигал, это не забывается. Я должен обо всех подумать. Я так хотел всегда, но не умел, а тут счастье привалило. У нее нет боли? Что вы понимаете! А смерть только момент?.. Спорить не буду, вы ведь ничего не можете, что с вами разговаривать! А те двое? Похоже, от них многое зависит. Хотя больше мои домыслы. Посмотрим, как говаривал мой старый приятель, умерший давно. Куда он теперь смотрит, вот бы посмотреть.. . А потом вернуться, конечно, тут у меня не все доделано…
Очнулся, перед гусеницей стою. Стоял. Встретились, друг другу немного помогли, и расстались. Я ей помог, а она мне чем? Не знаю, но чувствую, легче стало. А она о встрече догадывается? Представь, ты встречаешь совершенный разум. Пусть не всемогущий, но невероятной силы. Высшее существо. Не видел, не слышал, незаметно подкралось. И мгновенно переносит тебя в новую жизнь. Какое счастье, если мгновенно! Всю жизнь мечтал, красную кнопку мне! Мир взрывать не хочу, самому бы в момент куда-то деться, измениться… или раствориться?.. Когда время придет, конечно. Тогда нечего тянуть…
Не помню, чтобы меня переставляли… Ну, может, непонятное событие было, выскочило из-за угла?.. Помню, раз или два — было. Но и причины всегда были, например, долго до этого трудился. Из стороны в сторону метался, пробы, ошибки… И вдруг прыжок, прорыв. Тогда я говорил себе — повезло.
Ну, хватит, сделал доброе дело, иди по своим делам.
А доброе ли оно? Вдруг на новом месте злой муравьишка, мечтающий кому-то насолить? Я знаю одного такого, по имени знал, он с товарищами большая сила, они же стаями шляются, ищут, что бы в свой дом утащить да сожрать. И бедная гусеница уже погибает? Щетинки, волоски… нет, не помогут. Ожоги, укусы, мягкое тело рвут на части… Вот-вот, об этом речь. Надо что-то делать, так нельзя оставлять, слова легкий пар, не более того. Кто-то говорил мне, что главное слова, язык… Чепуха, главное чувство и образ, который чувством вызывается… или наоборот?..
Размышляя, выбитый из спокойной колеи, все-таки дошел до конца дорожки. Движение по инерции плохое достоинство, хотя иногда помогает выжить. Вот-вот, об этом и надо говорить, не так уж много смысла в самой жизни… А впереди большая дорога, раньше здесь шастали туда-сюда машины, а теперь все чаще тишина. Но это обманчиво, иногда выскакивают, нападают, оглушают… и твоя мечта разорвана, а за пробелом — беда, беда… Тогда уж берегись. Но я о гусенице, о себе давно понятно мне.
Зачем шел?.. А-а, да… белого кота ищу…
Нет, с гусеницей необдуманно поступил, нехорошо. Ведь это моя тема, выживание неприспособленных. Диссертация, можно сказать. Сам себе придумал тему. Нет, жизнь мне придумала. А потом вдруг предлагает решение! Никогда такого не было раньше, я как во сне живу. Эти двое, темнят, темнят… не верю им…
Повернул обратно, спасать.
Нашел место встречи, долго шарил в траве…
Никого! Но и следов жестокой расправы не заметил. Немного успокоился…

……………………………………..

………………………………………………..

В конце дня мне хочется пообщаться с понимающими людьми. В крайнем случае, в конце недели. Такое желание недавно появилось. Что с ним делать, не знал, потому что нет людей. Не то, чтобы совсем нет, но как задумаешься, с кем бы по важным вопросам поговорить… Пустыня. Все отворачиваются, мимо пробегают. При этом, делают вид, что заняты прокормом детишек. Бредовая идея, бочка бездонная эта кормежка… Значит, пусто вокруг, и я долго искал, к кому бы обратиться… Сначала не знал, куда идти, просто некуда. Как говорил философ, ищи людей. Бесполезно, знаю, никого не найду. Потом мыслишка появилась — зайди к соседям! Там новые люди поселились, может, понимают в моих вопросах? Если человек выдумал вопрос, значит есть ответ, иначе вопрос в голову не придет! Нет таких вопросов, на которые нет ответов, пусть глупых, диких, да. Я уверен. Но что значит, глупых, что значит, диких, все новое кажется глупым или диким. А потом привыкаем, и кажется, так всегда было: вопрос, и на него именно этот — ответ.
Так вот, соседи… Действительно, зашел как-то под мелочным предлогом, а они меня словно ждали!.. Оказалось, можно с ними многое обсудить. Интересно, что мысль зайти давно мелькала, в нас многие верные мысли мелькают, мелькнула и мимо ушла, исчезла… Но только на время, потом вдруг снова появились, и тут уж не зевай… Обычно пропускаем, если нет сильного желания, настороженности к новому: ждем чего-то, сами не знаем, чего, видимо, ответа на еще не заданный вопрос. Главное ведь в вопросе, а не в ответе. Вопрос в структуре личности, его надо только проявить. А ответ… он в себе гораздо больше случая содержит, чем вопрос.
Так вот — соседи…
Но сначала дневничок, привык каждый день записывать. Потом уже без сомнений иду, рядом с моей дверь. Полгода хожу к ним, и не могу понять ничего, это и отталкивает, и притягивает. Они недавно поселились, раньше здесь жили дураки. Обычные, жили себе, катились безмятежно по наклонной к смерти. Отец семейства умер, пропитанный алкоголем. Я думал, никогда не умрет, живая мумия, пропитанная химией, а он сгорел. Представьте, потушить не могли!.. Дети, жена… тушили, тушили, сами чуть не сгорели… Устрашились, второпях продали квартиру, уехали, не знаю, куда. Время такое, людей носит как ветер листья осенние кружит, сам не зная зачем… Пока не упадут в случайном месте
Жду восьми вечера, раньше не отвечают, то ли нет их, то ли открывать не хотят. Один постоянно живет, второй, постарше, появляется раз в неделю. За неделю многое происходит, им есть о чем между собой поговорить, так мне показалось. И мне есть, чем с ними поделиться. Их речи слышу обрывками, голоса смутно до меня доходят. Может, от старости слух слабеет, может, язык у них особый, хотя напоминает русский. Вроде наш язык, но что-то старинное проскальзывает, без новых словечек. Это ведь признак времени — новые слова. Сейчас даже речь меняется. Сначала кажется, только мода, потом видишь — исчезают понятия. Новые слова легко возникают, но они пустые оболочки понятий. Понятий полноценных нет, а новые слова остаются, язык такая штука, он форму стремится сохранить, как живое существо: если живо, как ни жми, выправится. А за содержание мы отвечаем, проходит время, пустые оболочки отпадают как листья сухие, не страшно и не больно — печально, да… Поэтому я больше молчу, чтобы не испортить слова, не опустошить формы. Как будто только от тебя зависит, мне умные люди говорят. Я не отвечаю, хотя огорчаюсь, стараюсь побыстрей уйти. Что поделаешь- — дурак, они говорят, глядя мне вслед… А новые соседи, они понимают. Зачем Вам нужен, я спросил в начале, когда работу предложили, а они — приходи, мол, говорить о том, о сём… Что за работа?. Впрочем, все в мире меняется, видимо, смысла не улавливаю. Раз взяли, значит не совсем дурак, думаю.
Ну, не знаю… Я молчу, они молчат, мы чай пьем, чай… Потом постепенно разговор завязывается, летят слова туда, сюда… Но никто не спешит, и это нравится мне.